02. Противовоздушные фантазии

— Опять ботов на полигон повезли, — сказал Вася, провожая взглядом колонну грузовиков «Студебеккер» выезжавших из ворот авиабазы. Можно было рассмотреть хорошо знакомые силуэты в кузовах: укрытые брезентом спаренные зенитные турели 3,7-cm FlaK 43 с автоматическим наведением. — Я, конечно, понимаю, разработчики стремятся к реалистичности — боевой авиации без ПВО не существует! — но все-таки здесь World of Warplanes, а не World of FlaKs! Что сказал бы личный состав, появись в Мире Танков боты на противотанковых самоходках или роммелевские 88-миллиметровые зенитки в кустах, выведенные на прямую наводку?

— Продолжая развивать твою глубокую мысль, — меланхолично сказал Горыныч, развалившийся на газоне перед административным корпусом, — следовало бы посоветовать «Варгеймингу» ввести, к примеру, ночные бои, причем непременно с аэростатами заграждения. А что такого? Для времен поршневой авиации аэростаты на тросах — вполне эффективное средство ПВО!  

— Guten tag, meine Herren, — из дверей диспетчерской вышел вахмистр Вольф. Держал в руке листочек с очередным полетным заданием. — О чем разговор?

— О том, что все профессии нужны и все профессии важны, — ответил Вася. — Включая столь нелюбимых авиаторами бойцов противовоздушной обороны...

— Простите, герр лейтенант, но я хотел бы напомнить, что ПВО это не только и не столько зенитки или радары, — уточнил въедливый вахмистр. — Но еще и авиация — перехватчики, ночные истребители!

— Предположим, — заметил Горыныч, — на заре эры воздухоплавания ничего подобного не было, поскольку до Первой мировой войны никто не задумывался над тем, как будет развиваться авиация: Германский генштаб делал ставку на Цеппелины, полагая, что самолеты могут использоваться в боевых действиях исключительно как разведчики или курьеры. В чем-то немцы были правы: до появления тяжелых бомбардировщиков только дирижабли Luftschiffertruppe были способны наносить бомбовые удары по промышленным центрам противника — в налетах на Британию за всю войну участвовали пятьдесят Цеппелинов, совершивших двенадцать бомбардировок Лондона и сорок ударов по другим объектам на острове. С началом рейдов Цеппелинов англичане и задумались о создании эффективной противовоздушной обороны...

— Разве тогда уже изобрели специальные средства ПВО?

— Нет, разумеется! Использовали всё, что оказывалось под рукой: прожектора, установленные на особые станины длинноствольные пулеметы и полевые пушки, начали оснащать аэропланы пулеметами. Затем в чью-то светлую голову пришла напрашивавшаяся сама собой мысль: зачем дожидаться появления Цеппелинов в небе над Англией, когда гораздо проще перехватывать их на подходе к побережью? Каким образом? Верно, уловить звук двигателей! Для этого-то вдоль берега с 1916 года начали устанавливать бетонные «акустические зеркала».

— Зеркала? — уточнил Вася. — Я не совсем понимаю...

— Представь себе гигантские, диаметром в девять метров, бетонные чаши обращенные вогнутой стороной к Ла-Маншу! Человек стоявший на страже британского неба, располагался либо в фокусе зеркала, либо в специальной камере под ним. В последнем случае звук передавался прямо в уши оператору, через трубочки, напоминающие трубки стетоскопа, только многократно увеличенные в длину. Были зеркала в виде огромных полукруглых стен длиной по шестьдесят метров и высотой до пяти метров — в Кенте, Сандерленде и Редкаре построили десятки акустических зеркал, отлично сохранившихся до наших дней!

— Боевая эффективность? — тотчас поинтересовался вахмистр.

— Очень даже хорошая, — кивнул Горыныч. — Для своего времени, разумеется. Звук улавливался оператором на расстоянии до тридцати километров, при взаимодействии нескольких зеркал можно было вычислить направление движения Цеппелина или самолета. После Великой войны, в двадцатых годах, процесс оптимизировали: в фокус поместили микрофон, который и передавал звуки в бункер под акустическим зеркалом — можно было засечь не только аэропланы, но и шум двигателей кораблей. Однако самолеты стали летать гораздо быстрее, чем свели скорость их «детектирования» по звуку на нет, а к началу Второй мировой и вовсе изобрели радар. Теперь на берегах Кента стоит множество заброшенных колоссальных «ушей», привлекающих туристов.

— Через тысячу лет люди будут гадать, какому древнему религиозному культу принадлежат эти странные менгиры, — рассмеялся младший лейтенант. — Я так полагаю, это далеко не все выдающиеся достижения раннего периода развития ПВО?

— Ты, друг Василий, даже не представляешь, сколь причудливы были изгибы конструкторской мысли, — дракон хитро покосился на господина Вольфа. — Вспомним дивное изобретение «Люфтваффе на вертеле» от 1941 года.  

— «Люфтваффе на вертеле»? — немало озадачился вахмистр. — Так и называлось? Впервые слышу.

— Именовалось это чудо, конечно, иначе — «Naval pattern vertical firing flame thrower», — сказал Горыныч. — Изумительная поделка очень специального директората британского Адмиралтейства «Directorate of Miscellaneous Weapons Development». Здоровенная тумба на ножках смахивающая на самовар с трубой — ни единый здравомыслящий человек с первого взгляда не определит, для чего устройство предназначено. В действительности это огнемет. Только не простой, а зенитный...

— Что? — поперхнулся Вася. — Зенитный огнемет? Я не ослышался?

— Понимаю твои чувства, — на морде дракона появилось саркастичное выражение. — Давать оценку психическому здоровью конструктора я не буду — sapienti sat, как говорится. Тем не менее аппарат выдавал струю пламени высотой до тридцати метров и в начале 1941 года вовсю испытывался как на суше, так и на борту судна «La Patrie». На вооружение, естественно, огнемет не принят по понятным причинам — даже для англичан столь экстравагантная идея оказалась неприемлемой...

— Господи боже, — простонал вахмистр. — Воображаю себе пилота Ju.87 Stuka, который летает вокруг факела кругами и высунув руку с вилкой жарит баварские колбаски...

— Но и «огнемет ПВО» далеко не предел фантазии! — весело продолжил Горыныч. — Как вам мысль: воздушные минные поля? Берется ракета многоразового использования, в боевую часть укладываются фугасные бомбы с парашютами на тросах. Достигнув требуемой высоты бомбы выбрасываются из отсека и если вражеский бомбардировщик зацепляет тросик, фугас взрывается. Красотища же?

— В свете «Vertical firing flame thrower» и воздушных минных полей понятие «британские ученые» приобретает новый блеск, — вздохнул Вася.

— Нечто в этом духе во время войны все же применяли. На советский пикирующий бомбардировщик Пе-2, например, устанавливали гранатомет, который выкидывал гранаты с парашютиками в сторону нападающего истребителя. Но по-моему самый выдающийся проект опубликовали в американском журнале «Popular Mechanics» — центробежный бомбоистребитель.

— Повторите, пожалуйста, герр Горыныч? — на этот раз проняло даже невозмутимого Германа Вольфа. — Центробежный — что?

— Бомбоистребитель, — откровенно посмеиваясь сказал дракон. — Устанавливается сорокаметровая башня, на вершине которой находится вращающийся купол. К куполу по окружности крепятся двенадцать стальных канатов с грузилами на оконечьях. При появлении вражеского бомбардировщика мощный электромотор начинает раскручивать купол со скоростью пятьдесят оборотов в минуту — предполагается, что канаты образуют «зонтик», который либо отбросит, либо разобьет бомбы...

— Чума, — покачал головой Вася. — Думается, это волшебное устройство отбросит максимум десять процентов упавших на цель бомб при неимоверных затратах на установку и раскрутку. Надеюсь, проект так и остался на бумаге?

— Ну почему же? Один построили и даже испытали, да только тросы моментально переплелись, двигатель заклинило и он попросту сгорел... Надеюсь теперь ты не станешь возражать против установки на полигонах World of Warplanes банальных спарок 37-миллиметров? Впрочем, я могу слетать в центральный офис «Варгейминга» и поговорить с разработчиками на тему зенитных огнеметов — смотрится красиво...

— Чур меня! — отмахнулся Вася. — Даже не думай! Хватит того, что есть!

© А. Мартьянов. 12.06. 2012.

Обсудить сказку можно здесь.

01. Мидуэй 02. Противовоздушные фантазии 03. Операция «Фрэнтик»
Назад Наверх